РАССКАЖИ ДРУЗЬЯМ

Круг интересов

Борис Гусаков

 

Некоторые размышления об отечественных «либералах»

Про наших отечественных «либералов» написано уже много, впрочем, о них можно писать бесконечно. Они самодовольные и не очень умные, хотя сами уверены в обратном. Надо все-таки выделить два-три основных момента, которые могли бы обозначить сущность этого «явления».

В принципе, сегодняшние «либералы» выросли из вчерашних диссидентов, причем эту старую «диссидентскую одежду» они снимать не собираются, - она придает им значимость «борцов за справедливость», хотя их сегодняшняя деятельность на такую борьбу похожа меньше всего. Диссидентское  «движение», если его так можно назвать, расцвело в основном в брежневский период, и целый ряд  людей этого движения  (а я многих знал лично) заслуживали уважения, хотя бы потому, что за их «дела» и слова  их могли ожидать большие неприятности.  Конечно, это было уже не сталинское время и «неблагонадежные люди» не попадали массово в лагерь или ссылку, или, тем более «под вышку», но аресты случались, а неприятности на работе или службе были практически гарантированы.  Сегодняшние «либералы», оставившие на себе диссидентские регалии,  как хорошо известный бренд,  ничем уже не рискуют.  Более того их «смелая» обличительная деятельность приносит им известность, славу, а иногда и вознаграждение в виде грантов.  Хотя они сами вопят на всех углах, что их преследуют, хватают, сажают и пр., но на деле мы видим совсем другое, - практически все они весьма успешны, занимаются своими делами и даже, можно сказать, процветают.

Это все хорошо известно и видно каждому внимательному человеку, так что много об этом говорить не нужно . Можно оставить в стороне эти внешние «показатели» и попробовать посмотреть в суть сегодняшнего «либерализма» отечественного разлива, что же их все-таки объединяет, что является главным в их мироощущении и мировоззрении.  И тут приходится сказать, что главным стержнем их сознания является высокомерное презрение, и даже ненависть к России, к стране, где они сами живут, но которую не называют иначе , чем «рашка», «помойка», «черная дыра» и пр. еще того хлеще.

В 19 веке В России был такой человек Владимир Печерин, можно сказать, первый «идеологический  диссидент», он уехал на Запад, перешел в католичество и пр., это все хорошо известно.  Так вот он написал удивительные строки, которые наши «либералы» должны бы написать на своих знаменах, только честности не хватает :    «Как сладостно отчизну ненавидеть, и жадно ждать ее уничиженья».  (Иногда пишут «уничтоженья», но в оригинале именно так).    Все таки это удивительный феномен.  Я много раз видел это собственными глазами, - ни на одну тему они (сегодняшние «либералы») не говорят с таким упоением, как о «мерзкой», «убогой», «тупой и пьяной» России, ну и о ее отвратительных властях во все времена.  Собственно, это один из тех моментов, который в свое время меня оттолкнул от диссидентского движения, где я довольно активно участвовал  и видел их, так сказать, «изнутри».

Один мой приятель (тоже из диссидентов), когда я ему сказал, что вообще-то о собственном доме так говорить нехорошо, так просто взвился на меня: «Ты что это домом называешь?  Вот эту сучью страну?», ну и т.д.  А во всех других отношениях вполне приличный, даже мягкий и добрый человек. Значит что-то происходит в голове, с сознанием человека, причем это такая серьезная перестройка, что никакие оппонирующие доводы, даже самые мягкие, просто не принимаются, не слышатся, а если вдруг слышатся, то вызывают бурю возмущения.

Этот феномен «ненависти и презрения к собственному дому», ну или, если угодно, к месту, где ты сам проживаешь, не совсем понятен, т.е. если непредвзято посмотреть на окружающие нас реалии, то там нельзя обнаружить всей той «гадости и мерзости», о которой с пеной у рта говорят наши «либералы-диссиденты».  В силу своей работы я очень много ездил и работал по России, начиная от Мурманска и кончая Амурской областью с Благовещенском и роскошной рекой Амур.  Я видел всякие поселки, городишки и деревни, живые и запустелые, ну и ,конечно, людей, которые живут в этих разнообразных местах.  Конечно, это были не какие-то «райские кущи», на российской территории такие «кущи» отыскать весьма проблематично, хотя бы даже по географическому положению, но это были вполне обитаемые места и жили там обычные люди со своими достоинствами и недостатками, но никак не идиоты, воры, пьяницы, разбойники и насильники.

Конечно, с точки зрения нашего городского «образованца» простой человек уже вот этой самой своей простотой, которая именуется «убогостью», никакого  не то что уважения, а даже внимания не заслуживает.  Примерно это проговаривает  известный персонаж  Карандышев из «Бесприданницы»  Островского : «Мы считаем их   (бурлаков) образцом грубости и невежества», а на  вопрос –  «А кто это мы?», - гордо отвечает, -   «Мы, то-есть образованные люди, а не бурлаки».  Вот в том-то все и дело.  Эти люди, сегодняшние и вчерашние либерал-диссиденты» считают себя высокообразованными людьми, интеллигентами и вообще «главной ценностью нации».   Буквально так  один из видных деятелей этого «движения» (точнее деятельница) именует себя и своих «сподвижников,- « «лучшими людьми» и «цветом нации».  А ведь на самом деле эту публику и интеллигенцией то всерьез называть нельзя. Это скорее некое «полу-дворянство».     Если, к примеру, Базаров у Тургенева (интеллигент того времени) с гордостью говорит : «Мой дед землю пахал.», то эти «сегодняшние» выискивают у себя дворянские корни и хотят, как те, жить во дворцах, и кстати, довольно часто и живут.  Но главное их отличие от той интеллигенции, на которую они любят ссылаться, - высокомерно-барское отношение к простым людям, к «населению», «народу», «совкам», - не доросли еще до их умных мыслей.

А мысли их зачастую совсем не умные.  Они надувают щеки и любят самоуверенно говорить на любую тему, а на деле они (как правило) малообразованны и плохо знают не только отечественную историю , а и мировую, и литературу, кстати.  Все их высокопарные и «высокоумные» речи по сути набор хорошо известных штампов, которые они повторяют друг за другом в разных сочетаниях, а на тот случай, когда они точно чего-то не знают, есть отличный прием, - пренебрежительная ирония.

Конечно, это разделение и противопоставление простых людей и «непростых» (сословно, имущественно, интеллектуально) возникло не сегодня и не связано  с какой-то конкретной территорией или народом, - это есть везде.   В частности, в России такое разделение резко обозначилось в петровские времена, когда Петр совершенно сознательно противопоставил европейскую культуру отечественной в пользу, разумеется, первой. Сам Петр возможно понимал условность этого противопоставления, ему это было нужно для успешного реформирования многих российских сторон жизни, но со временем это укоренилось и дало свои всходы, во многом гротескные и даже карикатурные.

К примеру Чацкий в известной комедии Грибоедова рассказывает, как некий француз со страхом ехал в Россию, а приехав «..нашел, что ласкам нет конца; ни звука русского, ни русского лица не встретил… Со всех сторон тоска, и аханье, и стон – Ах ! Франция ! Нет в мире лучше края !» и т.д.  А Смердяков у Достоевского уже говорит прямым текстом, что зря Россия воевала с французами, гораздо лучше было бы «…кабы нас тогда покорили эти самые французы: умная нация покорила бы весьма глупую и присоединила к себе». Правда потом, когда его спросили, чем это иностранцы лучше наших, он очень точно ответил: «..По разврату и тамошние и наши все похожи. Все шельмы-с, но тамошний в лакированных сапогах ходит, а наш подлец в своей нищете смердит и ничего дурного в этом не находит».

Это убеждение, что у нас в отечестве все дерьмо, а на Западе все отлично можно вполне назвать «синдромом Смердякова», и им заражена вся наша «либеральная публика». Поездив «по европам», они возвращаются назад, захлебываясь от восторга при описании «заграничных чудес».  Наш проницательный философ Г. Федотов по этому поводу заметил еще более ста  лет тому назад:  «Наши либералы испытывают поверхностный восторг перед чудесами европейской цивилизации», а Достоевский презрительно называл эту публику «стрюцкие».

Вторым очень важным синдромом либералов является, если можно так выразиться, «синдром зависимости от властей». Либералы еще с диссидентских времен (на деле это началось значительно раньше)  практически круглосуточно ругают власти, предполагая, видимо, что стоит только заменить одного чиновника (президента, премьера, министра и пр.) на другого и сразу все устроится. Но как раз это их  представление о себе и власть предержащих и показывает их полную зависимость от властей (в сознании).    Ведь тот, кто во всех своих неприятностях бранит кого-то внешнего  (начальника, хозяина, президента и пр.) фактически признается в том, что он от этого «внешнего» полностью зависит, он не может жить и работать при этом «плохом хозяине» и требует себе «хорошего». То есть, по сути он является рабом, крепостным, лакеем, ведь именно в этой среде больше всего  принято постоянно ругать своих «плохих хозяев».  У известного мыслителя Станислава Ежи Леца есть замечательный афоризм: «Мечта рабов, - рынок, где можно покупать себе господ».

Наши «либералы» постоянно обличают «рабское сознание» народа, а ведь на самом деле рабское сознание в первую очередь имеют именно они, а не простой народ.  Простой человек занят своим делом и принимает власти какие есть, а в своих бедах винит самого себя (пока, конечно не заразится «вирусом обличения начальства» от тех же либералов).

Два слова о собственном опыте.  Я уже давно живу на свете,  «начинал» еще в сталинские времена и помню многое.  Я не очень любил власти (советские и пост-советские), имел от них ряд неприятностей вплоть до допросов в «большом доме», но воспринимал это все как внешние условия, в которых приходится жить, как, к примеру, климат,  погода или тесная квартира.  Успехи и неудачи в моих делах зависели от меня самого, - причем тут кто-то, если я что-то не доделал, не доучил, не дочитал, потерял, забыл и пр.  И я вполне понимаю отношение к властям простого человека и разделяю его во многом.

Ну и наконец третьей отличительной чертой «либералов» всех мастей можно считать их патологическую склонность к вранью и передергиванию фактов. Это, кстати, было еще одним моментом, который в свое время оттолкнул меня от диссидентских кругов.  Они врали постоянно и самозабвенно,   преувеличивая многократно «злодейские действия» властей (в советские времена это прежде всего «вездесущие ГБ-шные органы),   и оправдывая, обеляя, а чаще даже похваливая свои.  Что бы не происходило, «злодеи» и «жертвы» были определены еще до реального события.

С подобным враньем и подтасовыванием фактов я еще сталкивался в среде «борцов за чистоту окружающей среды».  Когда нужно было показать, что какие-то хозяйственные структуры (заводы, животноводческие комплексы, дороги, электростанции и пр.) наносят вред окружающей среде, то в ход шли искажения и подделки цифр, снимков, схем и карт. Произвольно смещались сроки событий, чтобы показать сегодняшнюю «вредоносность» каких-либо действий и пр.    Я по своей работе участвовал в больших программах, связанных с водными объектами, - переброска вод в Каспий, загрязнение Ладоги, строительство дамбы в Невской губе и пр., так что на все это насмотрелся и наслушался досыта.  Схемы всех этих «обличительных» действий, и «экологов» и «либералов»  всегда очень просты, - приводятся горы как бы доказанных «фактов», и на их основании рисуется «апокалиптическая»  картина последствий.  После этого необходимость доказательств и проверки становится либо необязательной либо второстепенной.  Кстати, сейчас по такой же  схеме  работают западные СМИ, когда нужно кого-то обличить, заклеймить, обвинить и пр.

Все, что я написал, - это только штрихи к портрету этого большого и опасного явления под названием «отечественный либерализм». Самое важное, что многие люди сейчас уже во многом разобрались, и эта «либеральная публика» прямо на глазах теряет доверие.  Они себя почти полностью дискредитировали и потеряли даже остатки того авторитета, который имели в короткий период «либеральной революции» 90-х годов.  Кто-то очень точно сказал про этих людей : «Они мнят себя влиятельной силой, а на деле превратились в салонных потешников».