Первая часть здесь

 

 

Впервые прослушав Трио соль минор (соч.17) Клары Шуман (1846) в 2019 году на концерте, посвященном празднику 8 марта (см. начало первой части), я захотела ещё раз погрузиться в атмосферу «страстной нежности», одновременно с гармонией и умиротворением, которые создаёт эта романтическая камерная музыка, несмотря на всю её  эмоциональную напряженность. К тому же мне запомнился «поющий тон» обычно «говорящего рояля», который не вторил «пению» скрипки в этом трио. Рояль пел сам по себе. И мне это удалось: я снова прослушала это трио Клары Шуман на одном из Международных ежегодных фестивалей, которые организует в Иерусалиме, в концертном зале ИМКА (YMCA), Елена Башкирова.

Я невольно стала сравнивать двух замечательных современниц- композиторов - Клару и Фанни. Что общего было у этих двух творческих личностей? Обе с детства были вундеркиндами в золотых клетках. Обе девочки были отмечены поцелуем божества. Обе играли Баха так, будто вели с ним личную беседу. Но если для Клары отец, Фридрих Вик, стал суровым импресарио, ковавшим из дочери «стальной клинок» виртуозности для завоевания Европы, то для Фанни её отец, Абрахам, был бережным, но неумолимым стражем.

Клару готовили к труду и славе. Она была проектом, силой, призванной доказать миру величие немецкой пианистической школы.

Но Клара Шуман была не только блистательной пианисткой и талантливым композитором - факт, до последнего времени  редко упоминаемый в учебниках по истории музыки. Она была непревзойденной защитницей музыкального наследия своего мужа Роберта Шумана (1810–1856). Она была исполнительницей - суперзвездой, как теперь мы говорим, кроме того, проницательным редактором и страстной поклонницей – все это в одном лице. Как это случилось?  Как это могло случиться в эпоху, когда музыкальный талант у женщин редко развивался выше уровня салонного исполнительского мастерства?

В этой статье мы бегло рассмотрим её жизнь и творчество, а также что мешало её развитию как композитора. Ведь в отличие от Фанни, которая за свою недолгую жизнь сочинила более 400 произведений, Клара Шуман, прожившая активнейшую жизнь до 76 лет, создала около 50–66.  В её творческое наследие входят фортепианные пьесы, концерты для фортепиано с оркестром, камерная музыка, песни и каденции к концертам Бетховена и Моцарта.

 

Подробности ранних лет жизни Клары Вик сохранились в дневнике, который Фридрих Вик, её отец и учитель, начал вести для неё, когда ей было семь лет. До девятнадцати лет Клара писала и одновременно проверяла почти каждую запись отца в своем дневнике. В сущности, отец контролировал все аспекты её жизни.

 Первая запись гласит: “Я родилась в Лейпциге 13 сентября 1819 года… и получила имя Клара Жозефина”.

Детские дневники Клары полны самых невероятных историй, раскрывающих мельчайшие подробности о том, кем была Клара Вик и насколько сложной была её жизнь.

“… Мой отец содержал музыкальную библиотеку и занимался небольшим бизнесом по продаже фортепиано. Поскольку и он, и моя мать были очень заняты преподаванием, а кроме того, моя мать занималась музыкой от одного до двух часов в день, я в основном оставалась на попечении служанки…”

 

В раннем детстве Клара не очень бегло говорила, и вполне возможно, что именно поэтому не начала произносить даже отдельные слова до тех пор, пока ей не исполнилось от четырех до пяти лет, и до этого времени она понимала так же мало, как и говорила. Но Клара всегда привыкла слышать много фортепианной музыки, и её слух стал более чувствительным к музыкальным звукам, чем к звукам речи.

Клара унаследовала свои выдающиеся музыкальные таланты от обоих родителей. Фридрих Вик (1785-1873), хотя имел степень по теологии и самостоятельно получил музыкальное образование, был проницательным бизнесменом и замечательным преподавателем фортепиано и пения. Одержимый непреодолимым стремлением достичь музыкального признания, он   использовал таланты своей семьи, чтобы укрепить свою репутацию учителя.

Клара Вик вышла из среды профессиональных музыкантов среднего класса. Для неё музыка стала ремеслом. Её отец, Фридрих Вик, изначально готовил её как «продукт» на продажу — вундеркинда, который должен был покорить Европу.

Мать Клары, Марианна Тромлиц Вик (1797-1872), была необычайно талантливой певицей и пианисткой. Она училась у Вика в детстве и, в соответствии с его желанием, продолжала оставаться его ученицей в замужестве. Марианна регулярно выступала в качестве солистки-сопрано на абонементных концертах в Лейпцигском Гевандхаузе в течение сезона 1816-17 годов и кроме этого исполняла фортепианные концерты Риса, Дуссека и Фильда на той же сцене в 1821, 1822 и 1823 годах.

Публичные выступления Марианны были чрезвычайно важны для Вика; его престиж как музыкального педагога возрастал с каждым концертом, который она давала. Никогда не стремясь к карьере исполнительницы, она не без протеста приняла на себя роль концертной артистки, чтобы способствовать славе своего мужа.  Ей самой это не нравилось.

Ее растущее негодование в конце концов привело к бунту. 12 мая 1824 года, взяв с собой Клару и младенца Виктора, она сбежала в дом своих родителей в Плауэне. Развод ей был предоставлен в следующем году. Поскольку суд постановил, что Клара должна быть возвращена под опеку отца в день своего пятилетия, ребенок имел мало прямого контакта с матерью на протяжении большей части лет своего становления. Обе разлучённые очень страдали друг без друга. Поэтому можно сказать, что детство Клары было…ну, не совсем детством. Оно было наполнено очень взрослыми событиями. Честно говоря, трудно поверить, что она его пережила. В результате она стала очень сильной, стойкой и весьма колоритной личностью: любознательной, остроумной, игривой, саркастичной, оптимистичной, преданной и доброй, но также очень драматичной и «безудержно эмоциональной», как впоследствии выразился Роберт Шуман.

 

В  возрасте  девяти  лет,  28 октября 1828 года, Клара дебютировала в Гевандхаузе в Лейпциге. В том же году она выступила в Лейпцигском доме Эрнста Каруса, директора психиатрической больницы в замке Кольдиц. Там она познакомилась с другим одарённым молодым пианистом, приглашённым на музыкальный вечер, Робертом Шуманом, который был на девять лет старше. Шуман настолько восхищался игрой Клары, что попросил у матери разрешения прекратить изучение права, которое никогда его особо не интересовало, и брать уроки музыки у отца Клары. Во время занятий он снимал комнату в доме Вик и прожил там около года.

Исполнение Кларой фуг Баха и сонат Бетховена началось, когда ей было всего шестнадцать, что было «неслыханно» в Берлине и Вене. Публика была в восторге! Как такая юная девушка смогла сделать то, на что не осмеливались взрослые мужчины?  Именно её юность, её непринужденная наивность, по сути, и сделали это возможным.

 

​

Клара Вик в 1835 г.

 

Пресытясь бытием земным, кудесник

премудрость грозную в чертоге заточил,

и бросил в море ключ, и опочил,

оставив стены, что алмаза твёрже.

Людишек толпы долго копошились,

пытаясь подобрать к вратам ключи –

но тщетно! Им чертог не отомкнулся.

И лишь пастушка, возле волн играя,

стараниям бесплодным удивлялась.

Бездумно, как у девочек бывает,

она ручонку в воду опустила –

и вот он, ключ! Он дался без труда ей.

Она вскочила: сердце встрепенулось,

бегом – к вратам, глазам своим не веря:

ключ подошёл! Покровы спали! Духи

витают вкруг неё, покорны воле

невинного изящного созданья,

в чьих белых пальчиках живёт такая сила.

 

Франц Грильпарцер .1838 г. Перевод: Лариса Кириллина. 2007. Стихи.ру

 

Поэт откликнулся на исполнение юной Кларой в 18 лет Сонаты Бетховена F-moll op.57, известной под неавторским названием «Аппассионата» и считавшейся в то время почти неисполнимой.

Публика обожала Клару. Она не выражала свои чувства словами, а использовала музыку. Люди слушали её игру и чувствовали, что знают её. Она говорила с миром через свои руки, лучше всего выражала себя через фортепиано. Я думаю, именно это и делало ее такой особенной — не только её мастерство или репертуар, но и её способность «облекать свои чувства в звук», как она писала Роберту. И именно это проявилось в её композициях — искренность и глубина каждой написанной ею ноты.

В ранние годы её репертуар, отобранный отцом, был ярким и в стиле, характерном для того времени. Позже она стала включать в репертуар произведения композиторов эпохи барокко, таких как  Доменико  Скарлатти и Иоганн Себастьян Бах, но особенно часто исполняла современную музыку Шопена, Мендельсона и своего мужа, чья музыка не приобрела популярности до 1850-х годов.

 

​

Клара Вик в возрасте 15 лет. С литографии 1835 года.

 

Первые  победы в Европе принесли ей гастроли с сентября 1831 по апрель 1832 года, когда Клара выступала в Париже и других европейских городах. Юную пианистку сопровождал её отец.  В Веймаре  она исполнила виртуозное произведение Анри Герца для Гёте,  который подарил ей медаль со своим портретом и запиской: «Для талантливой артистки Клары Вик». Во время этой гастроли скрипач Никколо Паганини, который также находился в Париже, предложил выступить с ней.  Паганини был так поражен её игрой, что преклонил перед девочкой колено. Он подарил ей свой медальон с портретом, назвав ее «девочкой с сильным мужчиной».

Когда Кларе исполнилось 11 лет, в ней проснулся композитор, и она создавала от одного до восьми произведений каждый год, пока её композиторское творчество не прекратилось в 1848 году. В этом году она создала только хоровое произведение к дню рождения мужа, а второй фортепианный концерт оставила незавершенным. Эти два произведения, хотя и были предназначены для её опусов 18 и 19, так и не были опубликованы.  Однако пять лет спустя, в 1853 году, когда ей было 34 года и она познакомилась с Брамсом, она увлеклась сочинением музыки, в  результате чего в этом году было создано  16  произведений: цикл  фортепианных  вариаций  на  «лист  альбома» её мужа (его опус 99 № 4), восемь «романсов» для фортепиано, соло и для скрипки и фортепиано, а также семь песен. Эти произведения были опубликованы годом позже.

В течение следующих 43 лет своей жизни она сочиняла только фортепианные транскрипции* произведений  своего  мужа  и  Брамса,  включая  41 транскрипцию песен Роберта Шумана (заказанных издателем в 1872 году) и короткий фортепианный дуэт в 1879 году. В последний год своей жизни она оставила несколько эскизов фортепианных прелюдий, предназначенных для учеников фортепиано, а также несколько опубликованных каденций для своих исполнений фортепианных концертов Бетховена и Моцарта.

Большая часть музыки Клары Шуман никогда не исполнялась никем другим и была в значительной степени забыта до тех пор, пока в 1970-х годах к ней не возникло возрождение интереса. Сегодня её композиции всё чаще исполняются и записываются.

Клара Шуман совершила революцию в концертной деятельности:

-  она одной из первых начала играть концерты наизусть, что в то время считалось дерзостью и тщеславием;

- она отказалась от «пустых» виртуозных пьес ради Баха, Бетховена и, конечно, Шумана, приучая публику к глубокой, интеллектуальной музыке.

Шопен описал её игру Ференцу Листу, который пришёл послушать один из концертов Клары Вик,  впоследствии экстравагантно похвалил её в письме, которое было опубликовано в парижском Revue et Gazette Musicale, а затем, в переводе, в Лейпцигском журнале Neue Zeitschrift für Musik .   Она была названа Königliche und Kaiserliche Österreichische Kammer-virtuosin («Королевский и императорский австрийский камерный виртуоз»), что в то время считалось в Австрии высшей музыкальной честью.

 

В целом жизнь Клары Шуман — это невозможный баланс между бытом и выдающимся искусством. Это, можно сказать, эпическая драма. Её  брак  с  Робертом  Шуманом был актом восстания - судебным процессом против воли отца. Она отвоевала право любить и право играть.

Выиграв в суде дело, влюбленные   обвенчались за день до 21-летия Клары. Этот союз стал одним из самых плодотворных и в то же время трагических союзов в истории музыки. Став матерью восьмерых детей, она не оставила сцену, она выходила к роялю, чтобы кормить семью, когда разум Роберта начал угасать в сумерках безумия. За два месяца выступлений с концертами Клара зарабатывала больше, чем он за год, сочиняя музыку.

Клара обладала недюжинной волей, тут сказалась суровая закалка отца. Она организовывала быт семьи, решала финансовые проблемы - давала концерты, набирала учеников. Свою кипучую энергию направляла на поддержку мужа, помогая популяризировать его творчество.

Шуман  неохотно отпускал Клару на гастроли, но мирился: ведь лучше, вдохновенней, чем Клара, никто не мог донести до публики смысл его произведений. Клара переносила все трудности с огромным достоинством, она была человеком несгибаемой воли. Шуману пришлось труднее, он вдруг ощутил себя в тени таланта Клары. Особенно его сразило турне Клары по России, где он её сопровождал. Газеты восторженно писали о талантливой пианистке, прибывшей в Россию в сопровождении  мужа,  господина Шумана. Его тяготили глупейшие вопросы в салонах «интересуется ли он тоже музыкой». Клара Шуман была в России дважды: в 1844 году (вместе с Робертом) и в 1864 году (уже вдовой). Эти поездки были настоящим подвигом для того времени.

В 1844 году она покорила Петербург, Москву и Тверь. В столице её принимали при дворе, а она сама удостоилась звания почетного члена Санкт-Петербургского филармонического общества. Эти гастроли имели колоссальное значение: именно Клара познакомила русского слушателя с музыкой Шумана, которой позже восхищались Чайковский и Антон Рубинштейн.

 

К сожалению, Роберт Шуман не обладал твердостью характера Клары, он действительно стал чаще впадать в меланхолию, появились головные боли. Он чувствовал, что равновесие уходит из его жизни. Клара делала все возможное, чтобы сохранить любимому веру в себя. Роберт это очень ценил и не переставал любить ее.

В 1854 году, после неудачной попытки самоубийства, Роберт Шуман был помещён в психиатрическую больницу. Он умер там два года спустя. Всё это время Клара была удивительно самодостаточной. Ей пришлось занять роль кормильца семьи, и она снова начала гастролировать, организуя свои концерты сама. Когда один из её сыновей умер, она усыновила его детей. Впоследствии она стала преподавателем в консерватории Хох, где внесла множество достижений в современную технику игры на фортепиано.

После смерти мужа «Жрице искусства» её преданность наследию Роберта дорого обошлась -  она сосредоточилась на исполнении и редактировании произведений Роберта, особенно после его смерти в 1856 году, что ограничило её время  и энергию, которые  она  могла  бы посвятить собственным композициям.

В это трудное время Брамс становится опорой для Клары. Про них судачат, что у них роман и даже подозревают, что последний ребенок Клары, Феликс, от Брамса. Позже Клара скажет своим детям, чтобы они не верили злым и завистливым людям, а только её словам. Она напишет, что Брамс был единственным другом и её опорой в те тяжёлые годы.

Брамс был на 14 лет моложе Клары и без ума влюблён в неё. Но он понимал, как может это повредить ей, и прятал свои чувства, старался как можно меньше показываться рядом.  Его помощь семье Шумана была бесценна: он помогал деньгами, занимался детьми, управлял прислугой.

 

​

Клара Йозефина Вик Шуман.

(портрет кисти Франца фон Ленбаха. 1878)  

 

 

«Я люблю Вас больше, чем самого себя, и больше, чем кого бы то ни было в мире». (Письмо Брамса 1855 года). Эти отношения были для Брамса источником вечного вдохновения, а для Клары — тихой гаванью после жизненных бурь.

 

Клара Вик прожила 76 лет, пройдя путь от маленькой «фарфоровой куклы» отца до «Королевы пианистов». Она была женщиной, которая доказала, что за хрупким обликом может скрываться дух, способный выдержать и нищету, и клевету, и  потерю  близких,  превращая каждое испытание в чистый звук. Клара была голосом, который слышал весь мир, но который со временем перестал петь свои собственные песни.

Фанни Мендельсон была эхом, которое десятилетиями пряталось в стенах дома, но чьи песни оказались настолько глубокими, что сегодня мы открываем их заново, как затерянные сокровища.

 

 

Примечания:

*Обработка музыкального произведения для других инструментов, голоса или состава исполнителей, часто с усложнением виртуозных задач.

 

           Комментарии

Ваш комментарий появится здесь после модерации

Ваш email-адрес не будет опубликован