В мировой политике существует негласный кодекс приличий. Его правила писались десятилетиями: суверенные государства не вмешиваются в электоральные циклы друг друга за считанные дни до голосования, а лидеры великих держав соблюдают хотя бы видимость дистанции по отношению к внутренним делам союзников. Открытая поддержка одного из кандидатов на финишной прямой — жест если не невозможный, то как минимум считающийся дурным тоном в дипломатических гостиных.

Тем не менее, когда Дональд Трамп незадолго до очередных выборов в Израиле бесцеремонно и громогласно включился в избирательную компанию Израиля, поддержав Биньямина Нетаньяху, многие аналитики поспешили списать это на банальный прагматизм. Разумеется, геополитический расчет на Ближнем Востоке играет свою роль: иметь «своего», проверенного человека в Иерусалиме для Вашингтона — привычная и понятная роскошь. Однако если вглядеться в этот шаг глубже, за пределы ближневосточного узора, перед нами откроется куда более масштабный и симптоматичный сюжет.

 

Что побудило Трампа к такому шагу? Трамп руководствовался сугубо прагматичным подходом к международной политике. Ввязавшись в иранский конфликт с обещаниями силой открыть Ормузский пролив, Трамп сжёг за собой мосты. Промежуточных результатов нет, отступать поздно, но и ввязываться в затяжную войну один на один с Тегераном Вашингтону очень не хочется.   В своей публикации Трамп прямо написал: «Если у Израиля будет неправильный лидер (а им будет любой, кроме Биби), Америке придется выполнять эту работу самой, а я к этому не склонен».

Сам Биньямин Нетаньяху в интервью израильским СМИ (в частности, изданию Arutz Sheva) категорически заявил, что поддержка Трампа стала для него «полным сюрпризом», и он ни разу не просил президента США об этом. Трамп в телефонном интервью журналисту Бараку Равиду (Axios) подтвердил эти слова, заявив: «Я всегда собирался это сделать. Просто не хотел делать этого слишком рано».

Несмотря на заявления о «сюрпризе», эксперты отмечают, что Нетаньяху долгое время мягко подталкивал Белый дом к этому шагу. Накануне заявления премьер публично предупреждал израильтян, что в случае смены власти в Израиле или США новая американская администрация может сократить военную помощь. Опубликованное спустя несколько часов заявление Трампа идеально легло в канву предвыборной кампании Нетаньяху.

Трамп рассматривает Нетаньяху как инструмент для завершения затяжного военного конфликта с Ираном. Ему нужен жёсткий израильский лидер, готовый нести бремя военных действий на Ближнем Востоке, чтобы США не пришлось напрямую втягивать свои сухопутные войска. Дональд Трамп прекрасно понимал, как будет воспринят его шаг, но сознательно проигнорировал дипломатический этикет по двум причинам:

Трамп в принципе не признает классические дипломатические табу (такие как невмешательство в выборы суверенных союзников). В его политической философии личные отношения между лидерами стоят выше институциональных правил. Во время своего президентства он уже неоднократно поддерживал кандидатов на выборах в других странах (в Японии, Польше, Латинской Америке).

С точки зрения Трампа, если исход выборов в Израиле напрямую влияет на то, придется ли американским солдатам воевать с Ираном, то эти выборы перестают быть «чисто израильским делом». Он считает, что имеет полное право открыто указывать израильским избирателям на выгодного для США кандидата, поскольку это защищает американские интересы.

В самом Израиле отношение к заявлению Трампа разделилось строго по линиям политических лагерей, однако, судя по первым опросам, оно не привело к желаемому Трампом перелому в предвыборной гонке.

Действующий премьер-министр незамедлительно поблагодарил Трампа за поддержку в соцсети X (бывший Twitter) и использовал её как главный аргумент в своей кампании. Нетаньяху и его штаб представляют это заявление как доказательство его «незаменимости» для стратегических отношений Израиля с Вашингтоном. Позже Нетаньяху заявил прессе, что этот шаг Трампа стал для него «полным сюрпризом».

Оппоненты Нетаньяху в Израиле восприняли этот шаг негативно, посчитав его грубым вмешательством во внутреннюю политику страны. Представители лагеря центристов отмечают, что Трамп пытается навязать израильтянам свой выбор.

Публикация Трампа не оказала значимого влияния на электоральные расклады. Опрос, проведенный ведущим израильским телеканалом Channel 12, показал, что рейтинги партий остались неизменными: партия Нетаньяху «Ликуд» сохраняет прогноз на 21 место в Кнессете, отставая от оппозиционной партии «Яшар» во главе с Гади Айзенкотом, которая претендует на 24 места. Эксперты отмечают, что у израильских избирателей накопилась усталость от внутренних проблем, а также остаются вопросы к Нетаньяху по поводу просчетов в безопасности, приведших к трагедии 7 октября 2023 года.

В США представители Демократической партии отнеслись к заявлению Трампа критически. В частности, вице-президент США демонстративно отказалась поддерживать кого-либо на израильских выборах, подчеркнув традиционную позицию Белого дома о невмешательстве в суверенные демократические процессы союзников. Демократы также выразили опасения, что безоговорочная поддержка Нетаньяху со стороны Трампа и его воинственная риторика по отношению к Ирану («мы скоро закончим работу») могут втянуть США в новую полномасштабную войну на Ближнем Востоке.

Консерваторы и сторонники Трампа полностью солидаризировались с его решением, заявив, что только жёсткий союз Трампа и Нетаньяху способен восстановить стабильность в регионе и сдержать Тегеран.

В европейских столицах отношение к заявлению Трампа колеблется от глубокой настороженности до скрытого осуждения. Европейский союз в последние месяцы демонстрирует растущее разочарование политикой Нетаньяху и его правого кабинета. Прямое вмешательство Трампа в израильские выборы воспринимается европейскими дипломатами как попытка усилить наиболее радикальные правые силы в Израиле. Официальные лица ЕС подчёркивают, что выборы — это суверенное право израильского народа, а Трамп своей риторикой лишь подрывает международные дипломатические усилия, направленные на мирное урегулирование ближневосточного кризиса

По сообщениям источников, близких к Белому дому, Трамп изначально медлил с поддержкой, так как опасался повторения венгерского сценария (где его одобрение не помогло Виктору Орбану). Однако, увидев данные закрытых опросов, указывающие на то, что Нетаньяху имеет реальные шансы удержать власть, Трамп решил зафиксировать свой статус «создателя королей» на международной арене.

Я вижу в этом, помимо прочего, личный электоральный пакт, в котором между Трампом и Нетаньяху сформировался своего рода личный альянс. Для Трампа демонстрация жёсткой поддержки Израиля — это также сигнал собственным консервативным избирателям в США перед предстоящими внутриполитическими битвами.

Главным адресатом этого политического демарша были вовсе не израильские избиратели. Это послание предназначалось прежде всего американской аудитории.

Трамп никогда не скрывал своего презрения к тому, что принято называть «истеблишментом» или «приличным обществом». В его картине мира дипломатический такт, оглядки на международные институты и трепет перед правилами хорошего тона — не более чем фасады, за которыми скрывается слабость и лицемерие вашингтонской бюрократии. Решившись на открытое, демонстративное вмешательство в чужие выборы, Америка Трампа посылает своему собственному избирателю кристально ясный сигнал: мы — сила, которая больше не связана условностями. Трамп сознательно позиционирует себя как разрушителя либерального дипломатического этикета, как «хозяин положения». Для его базового избирателя все эти «дипломатические приличия», озабоченности ООН и правила хорошего тона — не более чем фарисейство  и  слабость вашингтонской элиты. Бесцеремонное вмешательство в выборы другого государства — это прямой сигнал электорату: «Мы не играем по чужим правилам, мы диктуем свои. Сильным мира сего можно всё».

В американской политике сегодня доминирует нарратив «сила или слабость». Шаг в отношении Израиля призван показать контраст с традиционной дипломатией, которая оглядывается на союзников и международное право. Трамп демонстрирует, что его внешняя политика свободна от комплексов и рефлексии.

Подобные шаги работают на создание мифа об исключительности лидера. Избиратель видит не просто политика, а фигуру масштаба «императора», для которого суверенитеты других стран — второстепенный фактор по сравнению с его личной волей

 

Действительно, здесь кроется важнейший идеологический пласт: демонстративная демонстрация силы и пренебрежения к «условностям». В политологии и социологии этот подход близок к концепции демонстративного потребления, только на уровне государственной политики — «демонстративный суверенитет» или даже «политическое мачо».

Этот подход можно назвать «демонстративным суверенитетом». Внутриполитическая борьба в США сегодня пропитана запросом на сильную руку, способную разрушать рутину. Электорат Трампа устал от политкорректности и бесконечных извинений за американское доминирование. Жёсткая, бескомпромиссная поддержка Нетаньяху в критический момент работает как идеальный инструмент мобилизации. Она говорит сторонникам: наш лидер не просит разрешения, он не играет по чужим правилам — он их устанавливает.

В исторической ретроспективе подобные шаги знаменуют собой окончательный отход от классической дипломатии XIX–XX веков, где формальные приличия часто значили не меньше, чем реальные интересы. Сегодня международная политика все больше превращается в пространство прямого действия, где демонстрация пренебрежения к общепринятым рамкам становится самостоятельным политическим ресурсом.

Трамп демонстрирует миру модель поведения, в которой позволено всё, что отвечает интересам его политического бренда. И в этом смысле израильские выборы стали лишь удобным экраном, на котором американскому зрителю показали главное: Америка Трампа больше не собирается притворяться вежливой. В мире победившего прагматизма сила отменяет хороший тон, а право сильного заменяет дипломатический этикет.

 

Трамп сознательно позиционирует себя как разрушителя либерального дипломатического этикета. Для его базового избирателя все эти «дипломатические приличия», озабоченности ООН и правила хорошего тона — не более чем фарисейство и слабость вашингтонской элиты. Бесцеремонное вмешательство в выборы другого государства — это прямой сигнал электорату: «Мы не играем по чужим правилам, мы диктуем свои. Сильным мира сего можно всё».

В американской политике сегодня доминирует нарратив «сила или слабость». Шаг в отношении Израиля призван показать контраст с традиционной дипломатией, которая оглядывается на союзников и международное право. Трамп демонстрирует, что его внешняя политика свободна от комплексов и рефлексии.

Подобные шаги работают на создание мифа об исключительности лидера. Избиратель видит не просто политика, а фигуру масштаба «императора», для которого суверенитеты других стран — второстепенный фактор по сравнению с его личной волей

 

Действительно, здесь кроется важнейший идеологический пласт: демонстративная демонстрация силы и пренебрежения к «условностям».

В мире, где дипломатия уступает место силе, Трамп предлагает своим избирателям самую понятную валюту — абсолютную уверенность в собственном праве диктовать условия. Это политика без сантиментов и оглядки на прошлое: либо ты диктуешь правила, либо подчиняешься чужим.

Вопрос лишь в том, сможет ли эта дипломатия "с позиции силы" создать устойчивый миропорядок, или она окончательно разрушит систему глобальной безопасности?